26.04.2013 в 00:55
Пишет Gonzzza:В продолжение поста «Как из личности сделать биомассу».
На всякое действие есть противодействие. На деформирующее давление системы уничтожения личности люди пытались отвечать. Получалось по-разному. При осмыслении стратегий сопротивления можно отметить две их основные линии, которые иногда пересекались, но чаще шли порознь. Их можно условно назвать «стратегиями выживания организма» и «стратегиями сохранения своего Я». И снова - они довольно универсальны, и в разных вариациях проявляются везде, где человек сталкивается с системой, пытающейся его перемолоть.
Стратегии выживания организма: главная цель – физическое выживание.
читать дальшеПравило 1. Стань элитой. Выбиться в элиту: больше возможностей для собственного выживания, больше возможностей для помощи «своим». Стать «капо» - надзирателем из числа заключенных.
«Начальники из числа заключенных моги использовать свое положение для облегчения участи товарищей, но чтобы остаться «в должности», они должны были прежде всего служить СС… Часто это кончалось тем, что в жесткой придирчивости они превосходили СС… Чтобы спасти себя, своих друзей и членов своей группы, элите приходилось жертвовать другими заключенными». Допустимыми считались любые меры, даже отправка на смерть конкурирующих за выживание групп.
Еще один момент, связанный с попыткой играть по правилам СС: малейшее видимое смягчение отношения к заключенным приводило к немедленному отстранению от власти. Поэтому борьба за место в элите медленно, но верно приводила к омертвению эмоциональности и к бесчувственности, ко все большему уподоблению «элит» эсэсовцам. Власть – даже в таком мизерном размере – подобно толкиновскому Кольцу – разъедала людей и превращала их в призраков. То есть в эсэсовцев.
Правило 2. Оценивай свою "значимость" для гестапо максимально высоко: так сохранишь самоуважение.
Человеку трудно примириться с тем, что он – ничтожный червь, которого ничего не стоит раздавить сапогом нациста. Люди пытались сохранить свое самоуважение через идею о том, что нацисты их очень боятся, и именно поэтому арестовывают. Сам факт ареста считался явным знаком опасности арестованных для всего режима Гитлера. Так думали и коммунисты, и социалисты, и либералы. Но так не думали эсэсовцы. Для них все эти люди были просто безликой биомассой. И они их не боялись.
Правило 3. Воспринимай происходящее с тобой как искупление твоих ошибок.
Некоторые люди хватались за идею искупления: их нынешние страдания искупают все грехи и ошибки как прошлого, так и будущего. Это касалось не только религиозных людей. В невыносимых условиях концлагеря любое недостойное личности поведения могло оправдываться при помощи такой фразы: «Я не могу быть нормальным, когда приходится жить в таких условиях». Эта фраза и ее вариации повторялись и после воровства еды у соседа, и во время избиения одними заключенными других… Знакомая такая фраза… «Не мы такие, это жизнь такая…». Эта стратегия выживания, как и попытка пробиться в элиту, вела к разложению личности, так как снимала с нее всякую ответственность за то, что она делает. Однако на время позволяло снизить страшное эмоциональное напряжение, вызванное свобственным явно не благовидным поведением.
Правило 4. Разорви эмоциональные связи.
«Приходит эсэсовец с большим мешком почты, и читает имена заключенных, которым пришли письма. Окончив перечисление, он со словами «теперь вы, свиньи, знаете, что получили почту», сжигает весь мешок»
В таких условиях проще избавиться от эмоций и не заводить новые эмоциональные связи. Изолироваться, закрыться, очерстветь. Организм сохранялся, а личность продолжала скукоживаться и деформироваться. Этот процесс был одинаковым как для заключенных, так и для надзирателей, они были связаны мощным деструктивным психологическим полем.
Примером максимального, абсолютного отчуждения является деловая корреспонденция Освенцима. Бруно Беттельхейм приводит несколько отрывков из писем химического треста «Фарберн» в Освенцим.
«В связи с предполагаемыми опытами с новыми снотворными таблетками, мы были бы признательны Вам за предоставление некоторого числа женщин»…. «Мы получили Ваш ответ, но считаем чрезмерной цену в 200 марок за женщину. Мы предлагаем не более 170 марок за голову… Нам нужно примерно 150»… «Получили заказанных 150 женщин. Несмотря на их истощенное состояние, они нам подойдут. Будем сообщать Вам о ходе эксперимента»… «Испытания проведены. Все подопытные умерли. Вскоре мы войдем с Вами в контакт относительно новой партии».
Правило 5. Уйди в грезы и фантазии.
Бегство в фантазии – одно из наиболее распространенных средств борьбы с сильнейшей эмоциональной травмой. Так, в конце XIX века среди американских индейцев, потерявших землю предков и самоуважение в результате войн с белыми, распространилось учение «пляска Духов», адепты которого говорили, что, благодаря особому танцу, время пойдет вспять. Снова заколосится трава в распаханных ныне прериях, и снова привольные стада бизонов будут топтать ее, стирая все следы пребывания белых…
Заключенные витали в мечтах почти беспрерывно, постепенно теряя контакт с реальным миром. Постоянно распространялись слухи об улучшении условий содержания или о скором освобождении. Это были настоящие сны наяву. Так, Виктор Франкл вспоминает, как однажды староста блока в Освенциме поведал ему о пророческом сне, в котором ему обещали, что освобождение придет 30-го марта. 31-го марта, когда освобождение не пришло, староста скончался… После очередного разочарования по лагерям проходила волна смертей.
Правило 6. Верь в особое расположение эсэсовцев.
Это версия «стокгольмского синдрома». Заключенные искали знаки особого расположения офицеров СС к ним. Мол, среди них есть неплохие люди, но они вынуждены скрывать хорошее отношение. Дело доходило до того, что ситуации, когда один из эсэсовцев, заходя в барак, вытирал обувь о половую тряпку, трактовались как тайный знак презрения этого эсэсовца к нацизму (т.к. другие офицеры обувь не вытирали). Эта вера близка к грезам и фантазиям, она давала надежду, которую очень трудно было разрушить. Но когда она разрушалась, люди гибли.
Все перечисленные стратегии объединяет одно: они все были связаны с попыткой адаптировать личность к условиям внешней среды. И неизбежно среда побеждала, сминая личность в бесформенный кусок, рано или поздно…
Были ли случаи бунта? Очень редко. Известен бунт двенадцатой зондеркоманды (заключенные, работающие в газовых камерах) в Освенциме. Заключенные в этих командах понимали, что ни одна привычная стратегия адаптации не работает, всех ждет одна участь, и никакие заслуги не в счет. Они это понимали потому, что первой задачей новосозданной зондеркоманды была кремация тел предыдущей команды, уничтоженной за час-другой до этого. И эта команда из 853 человек с яростью отчаяния, безо всякой надежды, незадолго до собственного конца взбунтовалась и унесла с собой жизни 70 эсэсовцев, полностью выведя из строя один крематорий, и повредив почти все остальные. Таких было мало.
Стратегии сохранения организма работали плохо. «Работали» другие стратегии – сохранения своего Я. Они часто сочетались с адаптацией (в конце концов, цель выжить никто не отменял), но часто с ними конфликтовали. Так, нацистам не удалось сломить Януша Корчака. Они пытались заставить этого великого человека перейти его собственную внутреннюю черту, за которой нет возврата к самоуважению. Отправляя 200 детей, воспитанием которых занимался педагог, в лагерь смерти Треблинку, комендант предлагал Корчаку не ехать туда. "Что это?!" - крикнул комендант. "Корчак с детьми", - сказали ему... Когда дети уже были в вагонах, комендант спросил доктора, не он ли написал "Банкротство маленького Джека". "Да, а разве это в какой-то мере связано с отправкой эшелона?" - "Нет, просто я читал вашу книжку в детстве, хорошая книжка, вы можете остаться, доктор..." - "А дети?" - "Невозможно, дети поедут". - "Вы ошибаетесь, - крикнул доктор, -вы ошибаетесь, дети прежде всего!" - и захлопнул за собой дверь вагона".
Корчак пошел в газовые камеры вместе с детьми, и когда газ испарился, то перед глазами эсэсовцев и зондеркоммандо предстал мертвый, но не сдавшийся Корчак. И мертвые дети обнимали его.
Это крайняя ситуация, когда перед человеком встает выбор: сохранить себя как организм и умертвить свое внутреннее Я, сохранив лишь оболочку, или погибнуть как организм, но до самого конца сохранить себя… Люди, выбиравшие смерть, были всегда… Но были и выжившие, не предавшие себя. Во многом от их имени писал В. Франкл.
Стратегии сохранения своего «Я»: главная цель – сохранить ощущение себя самого, не стать пустой оболочкой.
Правило 1. Найди смысл в том, что происходит. Не высший, божественный, смысл, а личный. Франкл нашел его: он превратил пребывание в концлагере в изучение пределов возможностей человеческой психики. Он стал исследователем, наблюдавшим в полевых условиях поведение человека. Подобная позиция не просто наделила смыслом то, что происходит, но и позволила психологически отстраниться от ежедневного кошмара, не черствея до предела эмоционально. И это не было бегством в грезы и фантазии, контакт с реальностью сохранялся.
Правило 2. Имей перспективу будущего. «Тот, кто не верит в будущее, свое будущее, тот в лагере погиб». Свойство запредельного стресса: все сознание человека фиксируется на том, что происходит сейчас. Прошлое и будущее исчезают. Есть только кошмарное настоящее, оно бесконечно, и это подрывает все силы. Крайне важно думать о том, что будет ПОСЛЕ. Франкл думал о том, как написать книгу о страданиях заключенных, о том, какую пользу она может принести. Он был устремлен в будущее, за горизонт настоящего… Плюс неистребимый интерес к жизни: чем это все закончится? Умереть (сбежать, уволиться…) ты успеешь всегда. А увидеть промежуточный конец истории – нет.
Правило 3. Не изменяй себе, насколько это возможно. «Если тебя о чем-то спрашивают, следует отвечать по возможности правдиво, но о том, о чем не спрашивают, лучше молчать». Это Франкл. С ним заочно согласен и Беттельхейм, которого спасла все та же правда о себе и своем состоянии, но при сохранении самообладания.
Правило 4. Всегда делай что-то самостоятельно и по собственной инициативе. Не позволяй внешнему миру стать единственным источником твой активности… Это могут быть мелочи: зарядка по утрам, когда встаешь минут на 10 раньше общего подъема. Чистка зубов. Бритье. Или еще какая-нибудь «мелочь». Их психологический смысл: это тот вид деятельности, который ты выбираешь САМ и ДОБРОВОЛЬНО. Если у тебя эта деятельность исчезает – пиши пропало. Ты – биомасса…
Такие вот крайне нехитрые правила. Однако следовать им нередко во много раз сложнее, чем самым изощренным схемам сохранения организма… Любой системе, основанной на вытравливании из человека человеческого содержания, выгодна попытка сохранить себя как организм, т.к. при реализации этой стратегии люди становятся союзниками системы. Но хватит ли у нас мужества следовать другой стратегии, и можно ли упрекать тех, у кого не хватило сил?
Так что же такое человек? Это существо, которое всегда решает, кто он. Это существо, которое изобрело газовые камеры. Но это и существо, которое шло в эти камеры, гордо выпрямившись, с молитвой на устах. В.Франкл.
tumbalele.livejournal.com/57075.html
URL записиНа всякое действие есть противодействие. На деформирующее давление системы уничтожения личности люди пытались отвечать. Получалось по-разному. При осмыслении стратегий сопротивления можно отметить две их основные линии, которые иногда пересекались, но чаще шли порознь. Их можно условно назвать «стратегиями выживания организма» и «стратегиями сохранения своего Я». И снова - они довольно универсальны, и в разных вариациях проявляются везде, где человек сталкивается с системой, пытающейся его перемолоть.
Стратегии выживания организма: главная цель – физическое выживание.
читать дальшеПравило 1. Стань элитой. Выбиться в элиту: больше возможностей для собственного выживания, больше возможностей для помощи «своим». Стать «капо» - надзирателем из числа заключенных.
«Начальники из числа заключенных моги использовать свое положение для облегчения участи товарищей, но чтобы остаться «в должности», они должны были прежде всего служить СС… Часто это кончалось тем, что в жесткой придирчивости они превосходили СС… Чтобы спасти себя, своих друзей и членов своей группы, элите приходилось жертвовать другими заключенными». Допустимыми считались любые меры, даже отправка на смерть конкурирующих за выживание групп.
Еще один момент, связанный с попыткой играть по правилам СС: малейшее видимое смягчение отношения к заключенным приводило к немедленному отстранению от власти. Поэтому борьба за место в элите медленно, но верно приводила к омертвению эмоциональности и к бесчувственности, ко все большему уподоблению «элит» эсэсовцам. Власть – даже в таком мизерном размере – подобно толкиновскому Кольцу – разъедала людей и превращала их в призраков. То есть в эсэсовцев.
Правило 2. Оценивай свою "значимость" для гестапо максимально высоко: так сохранишь самоуважение.
Человеку трудно примириться с тем, что он – ничтожный червь, которого ничего не стоит раздавить сапогом нациста. Люди пытались сохранить свое самоуважение через идею о том, что нацисты их очень боятся, и именно поэтому арестовывают. Сам факт ареста считался явным знаком опасности арестованных для всего режима Гитлера. Так думали и коммунисты, и социалисты, и либералы. Но так не думали эсэсовцы. Для них все эти люди были просто безликой биомассой. И они их не боялись.
Правило 3. Воспринимай происходящее с тобой как искупление твоих ошибок.
Некоторые люди хватались за идею искупления: их нынешние страдания искупают все грехи и ошибки как прошлого, так и будущего. Это касалось не только религиозных людей. В невыносимых условиях концлагеря любое недостойное личности поведения могло оправдываться при помощи такой фразы: «Я не могу быть нормальным, когда приходится жить в таких условиях». Эта фраза и ее вариации повторялись и после воровства еды у соседа, и во время избиения одними заключенными других… Знакомая такая фраза… «Не мы такие, это жизнь такая…». Эта стратегия выживания, как и попытка пробиться в элиту, вела к разложению личности, так как снимала с нее всякую ответственность за то, что она делает. Однако на время позволяло снизить страшное эмоциональное напряжение, вызванное свобственным явно не благовидным поведением.
Правило 4. Разорви эмоциональные связи.
«Приходит эсэсовец с большим мешком почты, и читает имена заключенных, которым пришли письма. Окончив перечисление, он со словами «теперь вы, свиньи, знаете, что получили почту», сжигает весь мешок»
В таких условиях проще избавиться от эмоций и не заводить новые эмоциональные связи. Изолироваться, закрыться, очерстветь. Организм сохранялся, а личность продолжала скукоживаться и деформироваться. Этот процесс был одинаковым как для заключенных, так и для надзирателей, они были связаны мощным деструктивным психологическим полем.
Примером максимального, абсолютного отчуждения является деловая корреспонденция Освенцима. Бруно Беттельхейм приводит несколько отрывков из писем химического треста «Фарберн» в Освенцим.
«В связи с предполагаемыми опытами с новыми снотворными таблетками, мы были бы признательны Вам за предоставление некоторого числа женщин»…. «Мы получили Ваш ответ, но считаем чрезмерной цену в 200 марок за женщину. Мы предлагаем не более 170 марок за голову… Нам нужно примерно 150»… «Получили заказанных 150 женщин. Несмотря на их истощенное состояние, они нам подойдут. Будем сообщать Вам о ходе эксперимента»… «Испытания проведены. Все подопытные умерли. Вскоре мы войдем с Вами в контакт относительно новой партии».
Правило 5. Уйди в грезы и фантазии.
Бегство в фантазии – одно из наиболее распространенных средств борьбы с сильнейшей эмоциональной травмой. Так, в конце XIX века среди американских индейцев, потерявших землю предков и самоуважение в результате войн с белыми, распространилось учение «пляска Духов», адепты которого говорили, что, благодаря особому танцу, время пойдет вспять. Снова заколосится трава в распаханных ныне прериях, и снова привольные стада бизонов будут топтать ее, стирая все следы пребывания белых…
Заключенные витали в мечтах почти беспрерывно, постепенно теряя контакт с реальным миром. Постоянно распространялись слухи об улучшении условий содержания или о скором освобождении. Это были настоящие сны наяву. Так, Виктор Франкл вспоминает, как однажды староста блока в Освенциме поведал ему о пророческом сне, в котором ему обещали, что освобождение придет 30-го марта. 31-го марта, когда освобождение не пришло, староста скончался… После очередного разочарования по лагерям проходила волна смертей.
Правило 6. Верь в особое расположение эсэсовцев.
Это версия «стокгольмского синдрома». Заключенные искали знаки особого расположения офицеров СС к ним. Мол, среди них есть неплохие люди, но они вынуждены скрывать хорошее отношение. Дело доходило до того, что ситуации, когда один из эсэсовцев, заходя в барак, вытирал обувь о половую тряпку, трактовались как тайный знак презрения этого эсэсовца к нацизму (т.к. другие офицеры обувь не вытирали). Эта вера близка к грезам и фантазиям, она давала надежду, которую очень трудно было разрушить. Но когда она разрушалась, люди гибли.
Все перечисленные стратегии объединяет одно: они все были связаны с попыткой адаптировать личность к условиям внешней среды. И неизбежно среда побеждала, сминая личность в бесформенный кусок, рано или поздно…
Были ли случаи бунта? Очень редко. Известен бунт двенадцатой зондеркоманды (заключенные, работающие в газовых камерах) в Освенциме. Заключенные в этих командах понимали, что ни одна привычная стратегия адаптации не работает, всех ждет одна участь, и никакие заслуги не в счет. Они это понимали потому, что первой задачей новосозданной зондеркоманды была кремация тел предыдущей команды, уничтоженной за час-другой до этого. И эта команда из 853 человек с яростью отчаяния, безо всякой надежды, незадолго до собственного конца взбунтовалась и унесла с собой жизни 70 эсэсовцев, полностью выведя из строя один крематорий, и повредив почти все остальные. Таких было мало.
Стратегии сохранения организма работали плохо. «Работали» другие стратегии – сохранения своего Я. Они часто сочетались с адаптацией (в конце концов, цель выжить никто не отменял), но часто с ними конфликтовали. Так, нацистам не удалось сломить Януша Корчака. Они пытались заставить этого великого человека перейти его собственную внутреннюю черту, за которой нет возврата к самоуважению. Отправляя 200 детей, воспитанием которых занимался педагог, в лагерь смерти Треблинку, комендант предлагал Корчаку не ехать туда. "Что это?!" - крикнул комендант. "Корчак с детьми", - сказали ему... Когда дети уже были в вагонах, комендант спросил доктора, не он ли написал "Банкротство маленького Джека". "Да, а разве это в какой-то мере связано с отправкой эшелона?" - "Нет, просто я читал вашу книжку в детстве, хорошая книжка, вы можете остаться, доктор..." - "А дети?" - "Невозможно, дети поедут". - "Вы ошибаетесь, - крикнул доктор, -вы ошибаетесь, дети прежде всего!" - и захлопнул за собой дверь вагона".
Корчак пошел в газовые камеры вместе с детьми, и когда газ испарился, то перед глазами эсэсовцев и зондеркоммандо предстал мертвый, но не сдавшийся Корчак. И мертвые дети обнимали его.
Это крайняя ситуация, когда перед человеком встает выбор: сохранить себя как организм и умертвить свое внутреннее Я, сохранив лишь оболочку, или погибнуть как организм, но до самого конца сохранить себя… Люди, выбиравшие смерть, были всегда… Но были и выжившие, не предавшие себя. Во многом от их имени писал В. Франкл.
Стратегии сохранения своего «Я»: главная цель – сохранить ощущение себя самого, не стать пустой оболочкой.
Правило 1. Найди смысл в том, что происходит. Не высший, божественный, смысл, а личный. Франкл нашел его: он превратил пребывание в концлагере в изучение пределов возможностей человеческой психики. Он стал исследователем, наблюдавшим в полевых условиях поведение человека. Подобная позиция не просто наделила смыслом то, что происходит, но и позволила психологически отстраниться от ежедневного кошмара, не черствея до предела эмоционально. И это не было бегством в грезы и фантазии, контакт с реальностью сохранялся.
Правило 2. Имей перспективу будущего. «Тот, кто не верит в будущее, свое будущее, тот в лагере погиб». Свойство запредельного стресса: все сознание человека фиксируется на том, что происходит сейчас. Прошлое и будущее исчезают. Есть только кошмарное настоящее, оно бесконечно, и это подрывает все силы. Крайне важно думать о том, что будет ПОСЛЕ. Франкл думал о том, как написать книгу о страданиях заключенных, о том, какую пользу она может принести. Он был устремлен в будущее, за горизонт настоящего… Плюс неистребимый интерес к жизни: чем это все закончится? Умереть (сбежать, уволиться…) ты успеешь всегда. А увидеть промежуточный конец истории – нет.
Правило 3. Не изменяй себе, насколько это возможно. «Если тебя о чем-то спрашивают, следует отвечать по возможности правдиво, но о том, о чем не спрашивают, лучше молчать». Это Франкл. С ним заочно согласен и Беттельхейм, которого спасла все та же правда о себе и своем состоянии, но при сохранении самообладания.
Правило 4. Всегда делай что-то самостоятельно и по собственной инициативе. Не позволяй внешнему миру стать единственным источником твой активности… Это могут быть мелочи: зарядка по утрам, когда встаешь минут на 10 раньше общего подъема. Чистка зубов. Бритье. Или еще какая-нибудь «мелочь». Их психологический смысл: это тот вид деятельности, который ты выбираешь САМ и ДОБРОВОЛЬНО. Если у тебя эта деятельность исчезает – пиши пропало. Ты – биомасса…
Такие вот крайне нехитрые правила. Однако следовать им нередко во много раз сложнее, чем самым изощренным схемам сохранения организма… Любой системе, основанной на вытравливании из человека человеческого содержания, выгодна попытка сохранить себя как организм, т.к. при реализации этой стратегии люди становятся союзниками системы. Но хватит ли у нас мужества следовать другой стратегии, и можно ли упрекать тех, у кого не хватило сил?
Так что же такое человек? Это существо, которое всегда решает, кто он. Это существо, которое изобрело газовые камеры. Но это и существо, которое шло в эти камеры, гордо выпрямившись, с молитвой на устах. В.Франкл.
tumbalele.livejournal.com/57075.html